Шаляпин отвел ее в лес... и спел свою знаменитую "Блоху"

Шаляпин отвел ее в лес... и спел свою знаменитую "Блоху"

Сообщение krotti 15 окт 2010, 10:12

Они были одной из самых красивых пар Якутска. Оба были прекрасно образованы, терпеть не могли сидеть на одном месте, в течение почти 25 лет переписывались с Максимом Горьким и его женой Екатериной Пешковой. Ее писатель ласково называл Ходя, а о нем написал в одном из своих очерков. Для нее пел сам Шаляпин. Она общалась с Маяковским и Блоком, наркомами Луначарским и Дзержинским, «всесоюзным дедушкой» Михаилом Калининым, Емельяном Ярославским и Серго Орджоникидзе, но никогда не кичилась этим. Он издавал три газеты, был первым наркомфином Якутии, выпустил деньги на винных фантиках и стоял у истоков золотодобывающей промышленности. Наш рассказ о супружеской чете Наталье и Алексее Семеновых.

КАК ПИСАТЕЛЬ ЯКУТЯНИНУ ПОМОГ
Алексей Алексеевич Семенов родился в Забайкалье. В Якутии, до революции приобрел типографию и издавал 2 газеты. Работал управляющим фирмы «Коковин и Басов», был знаком с губернатором Крафтом. В отрогах Верхоянского хребта основал рудник и завод по переплавке свинцовой руды. Помогал местным охотникам решить вопрос с дробью. В августе 1922 года стал I-м наркомом финансов Якутии и председателем Госплана. Много сделал для Якутии благодаря связям с Максимом Горьким, который «надавливал», когда это было нужно, на членов правительства. Оставил множество статей и очерков. В 25-м году был утвержден членом правления треста «Алданзолото», принимал участие в основании города Томмот.
Историк и краевед Петр КОНКИН:
- Зимой 1922 года, когда Якутск окружили белые - ощущался острый дровяной кризис. Власти решили разобрать на дрова крепостную стену XVII века (три башни, в том числе и известный якутский острог). Семенов узнал об этом, когда две башни уже были разобраны. Воспротивился этому решению…и предложил разобрать на дрова свою дачу на Сергеляхе. Тем самым спас памятник истории и архитектуры. Однако, когда был убит Нестор Каландаришвили и его отряд, стену все-таки сломали – надо было отогревать землю для рытья могил. Осталась лишь одна башня, которая и стала символом Якутска. Первый раз его могли репрессировать еще в 30-годы - он написал одному из своих братьев, который жил в Бурятии о том, что в стране начинается коллективизация. Брат спросил, стоит ли ему вступать в колхоз. Алексей ответил «нет, не надо». Письма в то время перлюстрировали и донесли куда надо. «Отмазывать» Алексея пришлось жене Наталье. Получилось это благодаря вмешательству Горького, который свел Семенову с Рыковым. Увы, позже Алексею не удалось избежать репрессий. Ровно через 7 лет, его обвинили в шпионаже и расстреляли 3 октября 1938 года. На месяц и 21 день раньше, чем жену…
ОНА ВЫПОЛНЯЛА ЗАДАНИЯ СЕРГЕЯ ЛАЗО
Наталья Петровна Угловская родилась в Китае в 1888 году. В Якутске в 1907 году окончила гимназию, и вышла замуж за Алексея Семенова. В 1906 году одной из первых женщин в Якутске она была принята в Общество приказчиков и торговых людей.
В 1912 году окончила художественные курсы в Петербурге. Вернувшись в наш город, преподавала рукоделие в женской гимназии. Вот как описывает ее историк и журналист Алексей Тимшин: «Красивая, энергичная, с несколько резковатыми движениями и в то же время без тени рисовки и кокетства, она удивительно быстро умела сходиться с людьми, чувствовала себя совершенно свободно в любом обществе. Ее общительность природный ум и большая внутренняя культура сразу располагали к себе. Не случайно Горький при первом же знакомстве с ней на Капри, подарив свою фотографию, написал «Наталье Петровне Семеновой в знак глубокой симпатии…». В 1919 году, будучи во Владивостоке как госкурьер, познакомилась с Сергеем Лазо и по его заданию доставила в штаб японских войск пакет с требованием отпустить одного из красных командиров. Провожая ее в путь и надевая на Наталью шинель, красный командир пошутил: «Первый раз в жизни подаю женщине шинель…». Следующий раз ей пришлось доставлять пакет, в котором сообщалось уже о гибели легендарного командира. Во время гражданской войны в Восточной Сибири она была санитаркой в отряде красных, бойцом-пулеметчиком, дважды участвовала в боях, ездила за оружием в Иркутск. Выполняла поручения Наркомата иностранных дел. Журналист Алексей Тимшин вспоминал: «Особа она была эксцентричная, с большими связями, в том числе и с Дзержинским. Очень много работала, не брезгуя ничем. Будучи машинисткой ЯТУ ГУСМТ (Якутское территориальное управление Государственного управления северо-морского транспорта – прим. авт.), часто брала сдельную работу, просиживая за машинкой целые ночи. Обстирывала какую-то экспедицию. Дом у нее был всегда полон гостей…. Присутствовала на многих съездах партии. Однажды написала письмо Ленину с просьбой распорядиться дать ей пропуск на съезд Советов…Владимир Ильич просил передать ей пригласительный. В другой раз, будучи в Москве по приглашению М. Калинина, присутствовала во время приема посетителей».
Историк-краевед Петр КОНКИН:
- В архивах я узнал интересные детали из жизни этой женщины. 1 июня 1918 года возле Преображенской церкви был бой красных и белых. Она запрягла лошадь и отправилась туда собирать раненных и убитых. Ей было все равно, кто они - это же были люди! Наталья Семенова стала жертвой репрессий, была арестована в сентябре 1937 года по обвинению в шпионаже в пользу Японии. Приговорена к 8 годам лишения свободы. Ее должны были этапировать в лагерь в Караганду. Но дело возвратили на доследование, Семенову приговорили к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 25 ноября 1938 года в Якутске. Наталью расстреляли в тюрьме, которая в свое время находилась между улицами Дзержинского и Губина. Ей в НКВД вспомнили многое, в том числе и то, что она собирала раненных и убитых у церкви и якобы кричала о зверствах красных. И другой эпизод: якобы, когда в августе 1918 года в Якутск зашел отряд белых под командованием поручика Михаила Гордеева, она была в числе тех, кто бросал солдатам и офицерам цветы.
Штрихи к портрету
ВЕЛИКИЙ БАС ЗАВОДИЛ СЕМЕНОВУ В ПАРК … И ПЕЛ ТОЛЬКО ДЛЯ НЕЕ
Чета Семеновых в 1912 году путешествовала по Европе, побывала на концерте Шаляпина. Познакомились они лишь 3 года спустя, в поместье художника Ильи Репина в Куоккала. Когда в компании Горького, Репина и других, Шаляпин спел знаменитую «Блоху», вместе с аплодисментами послышался смех. Наталья была так захвачена пением, что непроизвольно повторила мимику певца. Смеялись все… кроме Шаляпина. Назавтра, певец встал в 6 утра, разбудил Наталью, увел в парк и только для нее одной повторил «Блоху». С тех пор, пока она гостила у Репина, они каждое утро уходили в парк, где Шаляпин пел только для нее. Они стали большими друзьями…
ПРИЕХАЛИ ПОСМОТРЕТЬ ВИЛЛУ – ПОПАЛИ НА ОБЕД К ГОРЬКОМУ
В марте 1912 года супруги прибыли на Капри (Италия). Они хотели взглянуть на виллу, в которой живет Горький. Рассматривали поместье, как вдруг вышел слуга-итальянец, они были приглашены на обед к писателю. Во время обеда Алексей оказался в центре внимания, рассказывал о Якутии и удивился, как много знает о нашем крае Горький. Оказалось, он знаком со многими политссыльными, и велел им кланяться. Семеновы хотели вернуться в Неаполь, но хозяева их не отпустили. Лишь вечером следующего дня они покинули Капри. С этого дня и началась 24-летняя переписка с писателем. Горький получал письма от Семенова, содержавшие отчеты о его деятельности в Якутии. Известно о 30 письмах Горького к Семеновым. Увы, из них сохранилось всего лишь шесть. Судьба остальных, охватывающих период с 1912 по 1936 годы неизвестна.
Отдельной колонкой
А.М. ГОРЬКИЙ. ОЧЕРК «О ЕДИНИЦЕ» (печатается в сокращении)
Лет 20 до сего года я жил на острове Капри, явились ко мне гости из Якутска – Алексей Семенов, полурусский, полуякут, с женой Наташей, китаянкой из Шанхая. Алексей – человек среднего роста, крепенький, круглолицый, с глазами северянина, в них сияло неугасимое любопытство, проницательность исследователя и чувство «радости бытия». Наташа – кругленькая, бойкая и веселая, казалась подростком, а в китайских глазах ее светилась та же радость жить, что и в глазах мужа… Когда Алексей Семенов был избран наркомфином в Якутске из всех бумажных денег, которые выпускались в оборот … самые оригинальные деньги выпустил Алексей: он взял разноцветные этикетки для бутылок вина и своей рукой написал на «Мадере» - 1 р., на «Кагоре» - 3 р., «Портвейн» - 10 р., «Херес» - 25 р., приложил печать наркомфина, якуты и тунгусы очень хорошо принимали эти деньги… Он – один из самых бескорыстных людей, встреченных мною... К деньгам и вещам у него органическое презрение, он любит только книги, и больше их – работу. В то время, когда он исполнял работу наркомфина, жена его Наташа – мы прозвали ее «Ходя» действовала на фронтах, была в пулеметной команде, исполняла поручения разведчика, курьера и т.д. В 20 году Семенов прислал ее ко мне с образцами свинцового блеска и письмом, в котором извещал, что нашел месторождение свинца и начал его разрабатывать…. Наташа ничего не могла рассказать, по одежде ее путешествовали стада вшей, температура у нее была выше сорока градусов, она стояла на ногах, покачиваясь, улыбалась и бормотала: «Нет, не сяду, не могу, это, кажется, тиф...» Так и оказалось. Мы отправили ее в больницу…
ЕКАТЕРИНА ПЕШКОВА: «ХОДЯ» БЫЛА У НАС СВОИМ ЧЕЛОВЕКОМ!
Жена Максима Горького Екатерина Пешкова вспоминала о Семеновых так:
- Приехав в 1912 году в Париж, Алексей Максимович очень много рассказывал о встрече с Семеновыми, которых называл «просветителями Якутии». В ночь на Пасху мы решили поехать в русскую церковь в Париже… Тут к нам подошли Семеновы…Мы познакомились. На другой день они приехали в Шатильон. Семенов без конца рассказывал о Якутии…В один из дней он остался в нашей квартире, а я повезла «Ходю», как ее прозвал Алексей Максимович, по магазинам. Многое на улицах поражало ее, на все она смотрела с большим интересом и с раздумьем, что из увиденного может быть использовано в Якутске. С Наташей мы очень подружились. Она была в нашем доме своим человеком, чувствовала себя совершенно свободно. Живя в Москве, а затем наезжая к нам, обязательно бывала у нас. Энергия била у нее через край…
ИЗ ПЕРЕПИСКИ СЕМЕНОВЫХ С А.М. ПЕШКОВЫМ И Е. П. ПЕШКОВОЙ (печатается в сокращении).
***
Алексей Алексеевич, жалуетесь, что я не пишу Вам. Я писал и не однажды. Первый раз писал, извещая о том, что высылаю книги «Знания» по адресу на Иркутск и указывал на неопределенность адреса, второй – справлялся, получены ли посылки? Ответа не имею. Очень помним Вас, часто говорим о том , как-то Вы поживаете? Газету Вашу получаю, читаю, конечно. А вот писать для нее – не могу собраться, и Вы мне извинили бы это, если б знали, как я жестоко занят! А. Пешков, Капри, 10 ноября 1912 г.
***
Дорогой Алексей Алексеевич! Я получил два письма от Вас, - оба очень интересные, сердечно благодарю. Обращаюсь к Вам с просьбой: я председатель Комиссии по улучшению быта ученых… Сейчас наступил момент крайне тяжелый, продовольствия нет, нам угрожает голод, от которого погибнут в первую очередь люди наименее приспособленные к борьбе за жизнь, а лучшие люди науки именно таковы. Кроме голода нас ожидает зима без топлива. Я прошу Вас: Нельзя ли достать в Якутской губернии меховых одеял, сапог и вообще мехов? Конечно за деньги. Подробности вам расскажет Наташа. Крепко жму руку Вашу и желаю всего доброго. М. Горький, Петроград, 30 апреля 1921 г.
***
Жив, Курилка? … В грустные минуты я люблю вспоминать о Вас и рассказывать Вашу жизнь другим. У меня сохранились Ваши «деньги», этикетки от бутылок вина. Это – редкость. А какие же деньги теперь «нашлепали» Вы? …А. Пешков, Неаполь, 17 декабря 1925 г.
***
Сударь мой, Алексей Алексеевич, Вы с ума не сошли? Чтобы я полетел к Вам в Якутию? Даже прочитав книгу Обручева, я все еще не совсем уверен, что такой кусок мерзлой земли существует в действительности. А если и существует, так – зачем? И что интересное увижу я на этой, якобы земле – снег? Снег выпал сегодня – 8 апреля! – здесь. На горах около Сорренто, он лежит и не тает более месяца. Летать не могу, ибо доктора не позволяют – сердце не годиться для полетов…Нет, благодарю вас, товарищ, за приглашение, но к Вам не полечу, а в мае поеду в Москву. До сентября. Воспоминания не пишете? Если не пишете, так это – преступно. Наташа! Заставьте этого мечтателя писать. Слышал, этим летом Вы будете в Москве, значит – увидимся. Будьте здоровы. Оба. Не ругайтесь. Крепко обнимаю и того и другую. А. Пешков. Сорренто, 8 апреля 1929 г.
***
С огромной радостью получил письмо Ваше, дорогой Алексей Максимович, от 17 декабря. С трудом вериться, что оно пришло так скоро – с довоенной скоростью. После многих лет разрухи почтовое движение начинает у нас налаживаться… Нет ли у Вас, Алексей Максимович, последней фотографии. Если имеется – пошлите пожалуйста. Наш дом служит своего рода посредником между Якутией и Вами. Я стараюсь удовлетворять все запросы о Вас. … Вообще я чувствую себя обязанным осведомлять спрашивающих о местопребывании, о здоровье Вашем и т.д. В прессе пишут о большой работе, которой Вы отдаете теперь время. Где будете печатать? И головой и сердцем желаю Вам здоровья. Ал. Семенов, Якутск, 26 января 1926 г.
***
Дорогой Алексей Максимович! Сейчас у меня к Вам большое дело. В отдельной бандероли я высылаю Вам образцы якутской народной поэзии в переводе на русский язык. … Я прошу Вас – выберите свободный вечер и почитайте их. Из посылаемого только произведения 2-х певцов – А.И. Софронова и П.А. Ойунского принадлежат современникам, а остальное – произведения сказочников, передающиеся из уст в уста….
Алек. Семенов, Москва, 6 мая, 1927 г.
***
Здравствуйте, любимый (письмо адресовано Максиму Горького – прим. авт.)
Я ждала от Вас 2-3 слова через Екатерину Павловну, но Вы, думаю не получили моего письма,. А.А. и я, несмотря на смертельные преграды, продолжаем организацию колхозов. А.А. ждет от Вас подкрепительного письма, а я буду ждать Вас здесь…
Люблю Вас очень. Наталья Семенова Москва, 11.09.30 г.
***
А.М. Я обнимаю Вас так, что у Вас ребра хрустят. Вот приедете – почувствуете. Пусть я буду не только сибирской язвой, от которой коровы дохнут, пусть буду осой, и Вы меня сунете в клетку попугаю на съедение…, я все же повторяю: дайте статью, дайте статью…
Нам нужна статья «Отображение культурной революции в азиатской культуре». Мы будем очень рады и всякой другой статье или письму, написанному для нас. … Как я жду милый Вашего приезда. Всем сердцем Ваша. Наталья. Ленинград, 11.01.31г.

Петр КОНКИН:
- У Семеновых было трое детей. Два сына – Ваня и Вася и дочь, которая умерла в младенчестве, в возрасте двух лет. Ваня умер в 1920 году от туберкулеза, а Василий стал геологом, у него родились две дочери Наташа и Ирина, которые жили во Владивостоке.

В статье использованы материалы А.Тимшина, автор благодарит за помощь в подготовке материала краеведа, историка и журналиста П. Конкина.
Аватара пользователя
krotti
Главный Редактор
 
Сообщения: 128
Зарегистрирован: 21 сен 2010, 19:28
Откуда: Якутск

Вернуться в Исторические хроники

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron